Межличностные отношения в семье

Межличностные отношения в семье

Следуя логике этой модели, можно предполагать, что ребенок, вырастая, начинает вести себя по отношению к другим людям так же, как родители вели себя по отношению к нему. В исследовании Л. Беньямин специально рассматривает также вопрос о соотношении самосознания ребенка (как формы саморегуляции) и отношения родителей к ребенку: эта связь раскрывается как интроекция (перенесение внутрь) родительского отношения и способов управления поведением ребенка. Так, например, пристыживание ребенка может трансформироваться в его самосознании в тенденцию к самообвинению, доминирование родителей в отношениях с ним преобразуется в направленность быть хозяином самого себя, жестокое саморуководство.

По способу, т. е. по тому, как происходит «интериоризация» самосознания ребенка, можно выделить несколько типов общения: 1) прямое или косвенное (через поведение) внушение родителями образа или самоотношения; 2) опосредованную детерминацию самоотношения ребенка путем формирования у него стандартов выполнения тех или иных действий, формирования уровня притязаний; 3) контроль за поведением ребенка, в котором ребенок усваивает параметры и способы самоконтроля; 4) косвенное управление формированием самосознания путем вовлечения ребенка в такое поведение, которое может повысить или понизить его самооценку, изменить его образ самого себя.

Анализ жалоб и проблем, с которыми родители обращаются показывает, что важнейшими чертами, выделяемыми родителями в ребенке и одновременно выступающими объектом их внушающего воздействия, являются: 1) волевые качества ребенка, его способность к самоорганизации и целеустремленность; 2) дисциплинированность, которая в родительской интерпретации часто превращается в послушание, 3) подчинение ребенка родительскому авторитету; 4) интересы, прежде всего к учебе; 5) способности — ум, память.

Образ и самооценка, внушаемые ребенку, могут быть как положительными (ребенку внушается, что он ответствен, добр, умен, способен), так и отрицательными (груб, неумен, неспособен). Р. Лэнгс, анализируя отношение родителей и детей в таких семьях, ввел понятие «мистификация» — внушение детям того, в чем они нуждаются, кем являются, во что верят. Одна из форм мистификации — приписывание, которое, в свою очередь, подразделяется на приписывание ребенку «слабости» (например, болезненности, неспособности самому искать выход в трудных ситуациях) и «плохости» (низости, аморальности). Другая форма мистификации — инвалидация — принудительное обесценивание точек зрения ребенка, его планов, намерений, интересов.

Анализ сочинений «Мой ребенок», написанных родителями, испытывающими трудности в воспитании детей, дает множество примеров разнообразных приписываний и инвалидаций (В.В. Столин, 1983).

Конечно, негативные высказывания родителей о своих детях, по крайней мере частично, могут иметь под собой реальную «почву» в поведении или чертах характера ребенка, однако, транслированные в его самосознание в виде «называния вещей своими именами» родительских «приговоров», эти родительские мнения и оценки начинают определять самосознание ребенка изнутри. Ребенок либо соглашается с этим мнением (сознательно или неосознанно), либо начинает против него борьбу. Явные, вербальные, внушающие воздействия иногда противоречат косвенным воздействиям. Например, родитель может утверждать, что ребенок ему дорог и он его ценит, но своим поведением демонстрировать обратное. В таком случае возникает ситуация, названная «двойной связью», имеющая отрицательные следствия для формирования самосознания ребенка.

Родители и другие взрослые могут воздействовать на формирование «Я-образа» и самоуважение ребенка, не только внушая ему свой собственный образ ребенка и свое отношение к нему, но и «вооружая» ребенка конкретными оценками и стандартами выполнения тех или иных действий, частными и более общими целями, к которым стоит стремиться, идеалами и эталонами, на которые стоит равняться, планами, которые необходимо реализовывать. Если эти цели, планы, стандарты и оценки реалистичны, то, достигая цели, реализуя планы, удовлетворяя стандартам, ребенок или подросток, так же как впоследствии и взрослый, повышает самоуважение и формирует позитивный «Я-образ», если же планы и цели нереалистичны, стандарты и требования завышены, т. е. то и другое превышает возможности и силы субъекта, то неуспех приводит к потере веры в себя, потере самоуважения.

Формирование личности ребенка в семье — обоюдный процесс, в котором родители, воспитывая своих детей, и сами воспитываются, а дети скромней — не воспитывают родителей (по крайней мере, не делают этого сознательно вплоть до подросткового возраста). Дети выбирают свой путь в потоке воспитательных воздействий. Семейная ситуация, которую родители оценивают как положительную или отрицательною, может совершенно противоположно восприниматься детьми.

По мнению Хоментаускас Г.Т, посмотреть на семью глазами ребенка — это значит реконструировать, воссоздать субъективное видение и чувствование ребенка. Способность понять другого человека (а не себя на его месте) у разных людей выражена неодинаково, как в количественном, так и в качественном отношении. Одни родители просто чувствуют своего ребенка и интуитивно принимают правильное решение, как им вести себя по отношению к дочери или сыну. Другие пытаются рационально разобраться в том, что происходит.

Хоментаускас Г.Т считает, что ребенок — не просто объект воспитания, но и человек — мыслящий, чувствующий, своеобразно обобщающий свой жизненный опыт, выбирающий как вести себя, каким быть. Поэтому, для того чтобы понять, почему ребенок именно такой, какой он есть, поступает так, а не иначе, родителям просто необходимо знать, как он видит семью и родителей, как интерпретирует происходящее.

Его хорошее или плохое поведение не навык, который надо поощрять или пресечь, а личностное отношение. Оно является результатом внутренней активности ребенка и имеет для него определенный смысл, который не всегда может быть очевиден со стороны, но именно отношения, а не внешние обстоятельства определяют его поведение, формируют его личность.

Дети наблюдательны, любознательны, им до всего есть дело — будь то конструкция швейной машины (в интересах матери ограничить такой интерес малыша, иначе она рискует в один день найти вместо машины кучку разобранных деталей), вопросы крепления луны к небу, процесс деторождения. Но далеко не всегда дети, воспринимая окружающий мир, приходят к тем выводам, которых мы ожидаем. Причиной этого является не только ограниченный жизненный опыт детей, но и своеобразная структура их мышления.

Большая часть дошкольного возраста (от 2 до 7 лет) — период интенсивного становления личности — происходит под знаком дооперационной стадии, если пользоваться терминологией известного швейцарского психолога Жана Пиаже. В первой ее половине (с 2 до 4 лет) ребенок начинает употреблять и совершенствовать речь, мыслит образами и обобщает нелогично. Проблемы чаще решаются не в уме, а действием. На следующем этапе (с 4 до 7 лет) ребенок делает выводы, опираясь на основания, которые зачастую имеют смысл только для него одного. Поэтому он и называется этапом интуитивной мысли. Для него характерен ряд особенностей, которые объясняют закономерности детского мышления.

Ребенок дошкольного возраста склонен объединять явления, не обращая внимания на наличие или отсутствие реальной связи между ними. Делает он это на основе внешнего сходства, присутствия аналогичной детали, совпадения во времени. Он, например, думает, что два одновременно появляющихся события находятся в причинно-следственных отношениях.

Ребенок мыслит конкретными представлениями, и это особенно ярко выступает в причудливых, на наш взгляд, суждениях о том, чего ребенок не может непосредственно увидеть, ощутить. А таких абстрактных понятий не так уж мало адресуется детям, к тому же с надеждой на точное их понимание. Конкретность детского мышления проявляется в восприятии таких моральных категорий, как хороший, плохой, которые часто имеют у каждого ребенка индивидуальное значение. Например, для одного хороший — это тот, кто не плачет, кто моет руки и чистит зубы перед сном, для другого — кто слушается маму.

Пытаясь понять причины поведения других людей, дети чаще всего опираются на собственный опыт и придают поведению других такой же смысл, как собственному. Дети не только познают окружающий мир доступными им интеллектуальными средствами, но и в своем восприятии изменяют мир так, как им больше хочется. Принятие желаемого за действительное проявляется буквально во всей жизни дошкольника. Используя свое яркое воображение, ребенок вмиг превращает себя в принцессу, комнату — в дворец, диван — в роскошный лимузин. В играх дети не только воспроизводят мир взрослых, но и создают себе то, чего им не хватает, то, чего они желают. И не так то просто убедить девочку, что ее ребеночек — это кукла, пластмассовое изделие такой-то фабрики. Они просто не слышат информации, которая противоречить тому миру, в котором они чувствуют себя уютно, который считают красивым. И в этом их сила.

Описанные возможности детского мышления — это не просто интересные страницы психологии. Знание о них необходимо для уяснения того, почему дети и родители часто не понимают друг друга, почему дети своеобразно оценивают происходящее, почему реагируют не так, как мы ожидали.

Дети по-своему воспринимают и интерпретируют поведение родителей, их отношение к себе себя тоже. Детские представления, осмысление мира семьи вызывают своеобразные эмоциональные реакции, странности. Их можно понять, но для этого надо знать особенности детского мышления.

Как пример опишем один тип семьи, в которой ребенок становится козлом отпущения. Когда встречаешься с такой семьей, кажется, что все беды происходит из-за никчемного ребенка — и то он не так, и это. Сколько ни ругай, ни наказывай, ничто не помогает. Да и на ребенка когда посмотришь, кажется что он и вправду все делает как бы не своими руками, все невпопад.

На этом примере хорошо видно, какие сложные взаимосвязи возникают между членами одной семьи. Однако было бы ошибочно считать, что только отношения, описанные выше, вынуждают ребенка принять роль козла отпущения. Это может показаться невероятным, но ребенок, неосознанно воспринимая семейную ситуацию, в определенной мере сам принимает такую позицию. Дело в том, что данный ребенок появился такой семье, в такой экологической ситуации, в которой для ее выживания потребовалось связующее родителей звено, что-то помогающее разрядить или уменьшить напряжение в семье.

Однако ребенок может выполнить функции связующего звена не только занимая позицию козла отпущения, но и другими способами. Скажем, агрессивный, непослушный мальчик, причиняющий массу неприятностей родителям, также будет соединять их посредством включения в работу по его перевоспитанию, или же ребенок может подсознательно выбрать болезнь, стремиться быть беспомощным для того, чтобы объединить родителей в заботе о нем. Таким образом, развитие личности ребенка в конкретной семье зависти от системы межличностных отношений в ней, с одной стороны, а с другой — он сам делает собственный неосознанный выбор, какие и как ему выполнять функции, необходимые для существования данной семьи.

Ребенок в семье появляется полностью беспомощным, и его жизнь прямо зависит от родителей. Именно они обеспечивают основные его потребности. Это в равной степени относится к физиологическим потребностям (пища, тепло и т.п.) и потребностям психологическим (любовь, внимание, безопасность). С самых первых дней их удовлетворение зависит от родителей, но уже после непродолжительного периода младенчества, когда связь матери с ребенком особенно тесна, наступает период ослабления непосредственной связи матери и ребенка. Ребенок теперь уже в большей степени должен заботиться о себе сам.

Если родители показывают способы и средства для удовлетворения потребностей физиологических (то есть ему показывают, как он должен питаться или как просить пищу, как утолить жажду, оградить себя от холода), то по отношению к потребностям психологическим такое воспитание практически отсутствует. Да и не каждый родитель догадывается о наличии таковых. Маленький человек сам должен найти способы поведения, которые вызывают одобрение родителей, которые дают ему ощущение собственной значимости. Используя свой изо дня в день накапливающийся опыт, развивающийся ум и чувства, ребенок все чаще начинает делать то, что больше всего нравится отцу и маме, или то, что привлекает их внимание (не обязательно позитивное в своей эмоциональной окраске!).

Например, дети, в семье которых есть больные бронхиальной астмой, рано постигают эмоциональное напряжение членов семьи, сопровождающее астматический приступ и последующую заботу о болеющем члене семьи. Для ребенка это может иметь такой смысл: любим тот, кто болен. Очень возможно, что ребенок, испытывающий недостаток любви в семье, попробует сыграть такой приступ. Однако первый симулированный приступ как имитация, игра в необычное, может зафиксироваться, если родители сильно испугались, увидев болезнь ребенка.

Внутренняя позиция ребенка любим тот, кто болен, может проявляться у ребенка в самых разнообразных симптомах. Но, как правило, они появляются у детей из тех семей, в которых родители чрезвычайно чутки к проявлениям нездоровья членов семьи, даже незначительным, временным и вообще сомнительным. Раз образовавшись, болезненные симптомы ребенка не так уж легко исчезают, сам ребенок начинает серьезно из-за них переживать. Однако почти всегда есть возможность понять внутреннюю логику заболевания, если внимательно проанализировать взаимоотношения ребенка с людьми, его оценки окружающего мира.

Мы так подробно рассмотрели весьма нежелательные примеры детского развития не случайно, а потому, что они ярче поясняют основную мысль — ребенок сам, хотя и в определенных условиях жизни, выбирает средства для удовлетворения своих основных психологических потребностей. Это в равной степени относится к любому ребенку. Его творческое отношение к происходящему вокруг проявляется не только в выборе определенного поведения. За ним кроются способ осмысления в структуре взаимоотношений, своеобразная детская философия: я любим, когда достигаю чего-то, любим тот, кто беспомощен, болен, любим тот, кто вызывает улыбку родителей и т. д.

Любовь действительно сложно определить. Однако ребенку возвышенные, неземные чувства, проникновенные слова, тонкие эпитеты не нужны, ему требуется что-то вполне осязаемое, конкретное: повседневное отношение, позволяющее ему расти, чувствуя себя нужным и значимым для родителей. И еще ему крайне важно расти в ощущении безопасности.

Родительская любовь — двустороннее отношение и ее нельзя оценить с одной точки зрения. Она предполагает двух участников — родителя и ребенка, которых связывают взаимопонимание, взаимоуважение, взаимная симпатия. Ребенок чувствует любовь родителя и родитель воспринимает себя любимым, любящим в том случае, если:

1. Родитель умеет доступно выражать свои чувства ребенку.

2. Ребенок соответственно понимает своего родителя

3. Родитель понимает внутреннее состояние ребенка и способен воспринять выражаемые ребенком чувств любви, привязанности.

Источник:
Межличностные отношения в семье
Следуя логике этой модели, можно предполагать, что ребенок, вырастая, начинает вести себя по отношению к другим людям так же, как родители вели себя по отношению к нему. В исследовании Л.
http://studbooks.net/1683432/psihologiya/mezhlichnostnye_otnosheniya_seme_glazami_rebenka

Межличностные отношения в семье

Всоциологии семьи задача изучения семейных взаимоотноше­ний решается с помощью социально-психологических методов, но не сводится к сугубо психологическому анализу семьи как разновид­ности малой группы. Становление и разрушение семейного единства, общности, сплоченности на всех стадиях семейного цикла жизни, функционирование чувства семейного МЫ как центра семейного образа жизни, анализ специфики взаимоотношений родителей и детей, братьев и сестер, мужей и жен, членов семьи с микросредой родства — вот основные направления микросоциологического исследования.

В основе социологического подхода к семейным отношениям находится интерес к конфигурациям ролевых взаимодействий. Социальная структура в процессе модернизации изменяет социальные роли и взаимосвязи между ними, и все это не может не затрагивать семейные роли. Микросоциология семьи фиксирует динамику межличностных отношений в семье, обусловленную трансформацией семейных ролей. В отличие от психологии, сосредоточенной в основном на структуре эмоциональных связей
и на видоизменениях семейной структуры в связи с их воздействиями на формирование личности ребенка и на целостность семьи, социология семьи сфокусирована на ролевой структуре и на ее взаимодействии с межличностной структурой.

Психолога интересуют прежде всего межличностные роли, процессы межличностного восприятия и аттракции членов семьи, тогда как социолог относится к межличностным взаимоотношениям как фону, раскрывающему через специфику семейного лада и семейного конфликта особенности интеграции родительства-супружества-родства. Степень согласованности семейных ролей (родительских-супружеских-родственных) и степень их нормативной дистанцированности от внесемейных ролей — вот фокус социологического интереса.

Огромное количество методик и процедур, разработанных в социологии и психологии, посвящено тем или иным аспектам социологического измерения семьи, однако систематизация этой обширной исследовательской техники в пределах социологического подхода не завершена. Обычно взаимоотношения родства исследуются с помощью инструментария, ориентированного на фиксацию структуры родственного общения (вовлеченность в родственные интеракции, частота контактов, индексы родственной взаимосвязанности и расширенного фамилизма), родственной солидарности (индексы ориентированности на родство и расширенную семью, шкалы фамилизма, взаимопомощи и поддержки, предпочитаемой территориальной локализации родства), родственных норм и качества взаимоотношений (значение прародительства, индекс конфликтности, значимость расширенной семьи как референтной группы).

Приведем пример шкалы фамилизма:

1. Как Вы думаете, следует ли платить детям моложе 16 лет за их работу в семье?

2. Как Вы считаете, должны ли работающие дети моложе 21 года и живущие в семье отдавать всю зарплату родителям?

3. Кому следует ухаживать за престарелыми родителями — правительству или их детям?

4. Если Ваши родители не советуют жениться на девушке, которую Вы выбрали, женитесь ли Вы на ней?

5. Следует ли детям, создавшим собственную семью, жить вместе с их родителями?

6. Можно ли вступать в брак с человеком другой религиозной веры?

7. Можно ли заключать брак с человеком другой национальности ?

8. Могли бы Вы сделать своего сына партнером Вашей фирмы?

9. Понравится ли Вам намерение сына пойти по Вашим профессиональным стопам?

10. Следует ли советоваться по важным семейным вопросам с близкими родственниками (дядей, тетей, двоюродным братом или сестрой)?

Методики исследования взаимоотношений родителей и детей также необычайно многообразны и построены в основном на прямых вопросах и их комбинациях либо на суждениях проективного или прямого характера. Вот некоторые направления измерений нормативная и функциональная солидарность и интеграция, сходство и различие ценностей, межличностное восприятие потенциаль­ной поддержки со стороны членов семьи, воспринимаемое качество взаимодействий: чувств тесноты, близости, понимания, коммуника­ции, доверия и уважения к себе от других и к другим в семье, частота общения (ролевого и гендерного) между членами семьи.

В зависимости от моды на те или иные теории в каждую исследовательскую эпоху меняются критерии брачной приспособленности и соответственно изменяется содержание задаваемых вопросов. Если же используются тесты, то смена теорий сказывается на интерпретации данных. В социальной психологии много интересных попыток создания принципиально новых подходов к измерению семейных и супружеских взаимоотношений, которые со временем смогут быть использованы в социологии семьи. Но эти новые тесты не решают задач, стоящих перед социологическим измерением степени совпадения ролевых и межличностных структур семейного общения.

Социологический подход к изучению супружеских взаимоотношений предложен в 1970 г. А.И. Антоновым на основе способа изучения совместимости супругов по сходству их взаимных представлений о выполнении каждым своих социокультурных семейных ролей. . Для измерения супружеских отношений методом опроса в связи с неизбежностью неконтролируемых взаимодействий лучше отказаться от прямых вопросов. Техника семантического дифференциала (СД) (см. гл. 13) наилучшим образом отвечает требованиям проективных процедур. Анализ включенности в Я различных социальных феноменов, играющий огромную роль в социологии семьи и в социальной психологии, находит в технике СД прекрасную возможность измерить степень идентификации Я с теми или иными символами социального мира.

Сопоставление с Я релевантных (уместных) семейному образу жизни объектов говорит о значении, придаваемом личностью данному аспекту семейного бытия. При изучении с помощью СД личностных смыслов вовсе не обязательно знать, что именно представляет собой Я и сопоставляемый с ним объект. Важно различие в оценках, оперирование этими различиями может говорить больше о личности и о характере отношений в семье, чем попытки непосредственного проникновения в глубинную суть ценностей.

Сопоставляя с Я семейные роли отца, жены, сестры, внука и т.д., можно получить самооценку собственного исполнительского мастерства в той или иной роли. Давая для оценки одни и те же объекты-роли всем членам семьи, можно получить характеристики межличностного восприятия этих ролей. Взаимные индикаторы межличностных восприятий оказываются показателями фактичес­кого исполнения тех или иных ролей членами семьи. Привлечение диспозиционного дискурса позволяет понять, что чем больше вклю­чена в Я какая-либо семейная роль, тем сильнее идентификация Я с этой ролью.

В нынешние времена женщина уже не так жестко соединена с миром семьи, тем не менее это обстоятельство еще не нашло своего лингвистического воплощения. Можно воспользоваться словом «хозяйка» для обозначения социокультурной роли женщины, ана­логичной роли «семьянина». Словосочетание «домашняя хозяйка» не подходит для этого, так как слишком близко к негативно оцени­ваемому в общественном мнении домашнему труду, к слову «домра­ботница» — хозяйка в этом смысле более широкое понятие, удален­ное от нежелательной негативной оценки.

Важна также роль «главы семьи», раскрывающая специфику лидерства в семье и тип взаимоотношений супругов. Кстати говоря, эта роль включалась во все переписи населения в нашей стране (кроме последней) и потому население имеет опыт интерпретации главенства в семье. Поскольку для супружеских взаимоотношений важен аспект, относящийся к сексуальному поведению, в методику были включены роли «мужчины-женщины». Внимание к этимI ролям в семье позволяет определить, в какой мере муж и жена[ идентифицируют себя и своего супруга с этой половой ролью, в какой мере сохраняют привлекательность друг для друга. С другой стороны, перевес значимости этих гендерных ролей над родительскими (или наоборот) может служить интересной характеристикой брачного альянса. Ниже в качестве примера будут приведены данные исследований того, как супруги воспринимают эти основные социокультурные роли в семье.

В культуре семейные роли укоренились весьма глубоко, и поэтому каждое вступление в брак заставляет участников вновь образованного союза примеривать на себя роль «муж-жена», вступать в ролевое общение. В зависимости от индивидуальных особенностей каждого исполнение семейных ролей может существенно отличаться от подобающего образца. Однако сценарий ролевой игры супругов на первой и последующих стадиях семейного цикла как бы предопределен режиссером — культурой, жизнью. Стиль исполнения ролей по форме и по содержанию может видоизменяться актерами супружеской драмы, но не бесконечно,а в пределах пьесы, давно написанной предшествующими семейными поколениями. Интернализация собственных ролей и ролей супруга, степень идентификации каждого из супругов с этими ролями является важной характеристикой ролевого поведения личности и супружеской пары в целом.

САМООЦЕНКИ МУЖЕЙ САМООЦЕНКИ ЖЕН

1. Я—глава семьи 1,77 П. Я —женщина 2,07

2. Я —мужчина 1,78 12. Я — жена 2,14

3. Я —семьянин 1,81 13. Я —хозяйка 2,21

4. Я —муж 1,94 14. Я —глава семьи 2,28

5. Я —отец 2,20 15.Я —мать 2,36

Однако методика супружеской совместимости для полноты картины не может ограничиться самооценками исполнения ролей (кстати говоря, слово «самооценка» здесь употребляется не для характеристики Я, а для самооценки себя в какой-то семейной роли). Необходимо знать, как оценивается каждым из супругов брачный партнер.

ОЦЕНКИ МУЖЬЯМИ ЖЕН ОЦЕНКИ ЖЕНАМИ МУЖЕЙ

6. Моя жена –жена 1,41 16. Мой муж — муж ……….1,25

7. Моя жена- женщина 1,80 17. Мой муж — мужчина 1,82

8. Моя жена — хозяйка 1,94 18. Мой муж —отец………….1,82

9. Моя жена —мать ….1,99 19. Мой муж — семьянин …1,92
10. Моя жена-глава семьи 2,32 20. Мой муж — глава семьи …2,13

Оценки другого супруга также интересны для анализа сами по себе. Во-первых, сразу видно по величинам Д, что жены менее критично относятся к мужьям, чем к себе: у них четыре оценки ниже 2,0. Во-вторых, при сравнении с оценками жен со стороны мужей оценки мужей опять же выглядят менее критично. Оценки жен мужьями в сравнении с их самооценками почти такие же по трем ролям, по роли жены они менее суровы, чем их самооценки роли мужа, и по роли главы мужья чрезвычайно придирчивы к своим женам. Другими словами, мужья не считают жену главой и видят в этой роли только себя, хотя жена им очень нравится как жена, даже больше, чем женщина. Жены также не видят в мужьях главу семьи, но еще больше — себя, они вовсе не притязают на лидерство.

Введем еще один элемент в анализ 20 оценок — степень подтверждения самооценки какой-либо роли со стороны другого супруга.

1. Совершенно конвенционально примем следующее положение как аксиому: при сопоставлении самооценки одного супруга с оценкой его в этой роли другим супругом будем считать оценку другого единственным и непреложным критерием фактического исполнения роли. В данной методике нет ничего «объективного», она вся построена на «субъективных» оценках, поэтому единственная возможность как-то определить, насколько прав человек в самооценке самого себя, заключается в оценке, даваемой другим супругом, пусть даже неверной и неправильной.

Социологическое измерение зиждется на выявлении различий в оценках респондента. Для социолога важно различие, обнаруженное, измеренное по всем правилам профессии. Поэтому при анализе взаимных представлений супругов следует сосредоточиться опять же на поиске различий в их восприятии друг друга. И если при одновременном опросе супругов искомое различие фиксируется, то не важно, кто из супругов заблуждается, а кто нет. Может быть, они оба заблуждаются — пусть, ведь значение имеет лишь факт самого различия или его отсутствия.

Если различие налицо и оно существенно, тогда можно констатировать неподтверждение самооценки одного другим. И наоборот, если нет никакого различия, самооценка подтверждается полностью -значит есть сходство представлений, восприятий, есть одинаковое определение семейных ситуаций. Какая разница при этом, что взаимопонимание базируется на иллюзиях — важно, что оно существует и реально влияет на благополучный «климат» супружеского союза. Устранить эти иллюзии часто означает убить брак, хотя искусство психотерапевта в том и состоит, чтобы приблизить сконструированную супругами реальность семьи к адаптивному взаимодействию с окружающей средой.

Рассмотрим, как в вышеприведенном примере обстоит дело с подтверждением самооценок (для упрощения изложения буду: употребляться номера самооценок и оценок другого). Итак, три первые самооценки мужей (№ 1, 2, 3) меньше по величине Д оценок этих ролей женами (№ 20,17,19). Однако неподтвержденными оказываются лишь самооценки № 1 и 3, тогда как самооценка № 2, хотя и меньше на 0,04 (1,78

Источник:
Межличностные отношения в семье
В социологии семьи задача изучения семейных взаимоотноше­ний решается с помощью социально-психологических методов, но не сводится к сугубо психологическому анализу семьи как разновид­ности малой
http://poisk-ru.ru/s24025t4.html

Межличностные отношения в семье

Атмосфера в семье, которая может быть дружественной, безразличной, враждебной, отчужденной и т. д., является определяющим фактором полноценности развития психики ребенка. Одним из самых важных факторов, определяющих типы взаимоотношений между супругами и атмосферу семьи, является совместимость членов семьи как личностей, каждая из которых обладает определенным темпераментом и характером.

При этом поведение любого человека, а следовательно, и атмосфера семьи определяется и отношением к самому себе. Чувствуя себя желаемым объектом, член семьи ведет себя уверенно. А тот, кто считает себя недостойным, подозревает подвох даже при уважительном отношении к себе со стороны близких.

В семейных отношениях присутствует также и неосознаваемое поведение, к которому относится считывание выразительных мимических движений, которые человек воспринимает бессознательно. В этом случае он поступает соответственно воспринятым эмоциям другого. Гармоничные и счастливые отношения между супругами определяются также их идеалами и притязаниями, от совпадения которых будет зависеть реальное благополучие семьи.

В каждой семье между ее членами определенным образом распределены социальные роли, причем каждый несет не одну конвенциональную роль. Так, к примеру, муж — одновременно и отец, а жена выступает сразу и в роли матери. Исполнение таких межличностных ролей зачастую отличается от того, чего требуют конвенциональные роли, так как каждая определенная роль воспринимается соответственно личным качествам каждого человека. Поэтому межличностные отношения могут значительно отличаться от предполагаемых, несмотря на то что роли в семье между матерью и детьми распределены конвенционально, так как мать может любить одного из детей и пренебрегать другим, к примеру, или дети могут не подчиняться авторитету родителей.

Дата добавления: 2016-02-20 ; просмотров: 804 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

Источник:
Межличностные отношения в семье
Атмосфера в семье, которая может быть дружественной, безразличной, враждебной, отчужденной и т. д., является определяющим фактором полноценности развития психики ребенка. Одним из самых важных
http://helpiks.org/7-10735.html

COMMENTS