Эмоциональное отвержение ребенка родителями

4 стиля воспитания: какой ваш? Отвергающий родитель

Эмоциональный интеллект: как научиться говорить о чувствах детей

Большинство проблем, возникающих с воспитанием детей, связаны с умением или неумением родителей выражать свои эмоции и принимать эмоции своих детей. Этому явлению даже придумали название — «эмоциональный интеллект», а теперь на русском языке вышла книга, помогающая тренировать в себе «эмоционального воспитателя». Ее автор, психолог Джон Готтман, предлагает сначала определиться с тем, какие мы родители.

Все родители любят своих детей, но, к сожалению, не все занимаются эмоциональным воспитанием. Я считаю, что почти все мамы или папы могут стать эмоциональными воспитателями, но многим из них придется преодолеть определенные препятствия. Одним из препятствий может стать привычное отношение к эмоциям, принятое в тех домах, где они выросли. Помешать может и недостаток навыков, позволяющих выслушивать своих детей.

В ходе нашего исследования мы выделили 4 стиля воспитания и выяснили, какое влияние они оказывают на поведение детей. Читая описание каждого стиля, подумайте о ваших взаимоотношениях с детьми, отмечая, что совпадает с ситуацией в вашей семье или отличается от нее. Начнем со стиля воспитания, который мы назвали «Отвергающий родитель».

  • считает чувства ребенка неважными и несущественными
  • не интересуется или игнорирует чувства ребенка
  • хочет, чтобы отрицательные эмоции ребенка быстро прошли
  • для прекращения эмоции часто использует отвлечение
  • может высмеять или не придать значения эмоции ребенка
  • считает детские чувства иррациональными, поэтому с ними не считается
  • проявляет мало интереса к тому, что ребенок пытается ему сказать
  • мало знает о своих и чужих эмоциях
  • чувствует себя неуютно, боится, испытывает беспокойство, раздражение, боль, когда ребенок выражает сильные эмоции
  • боится выпустить эмоции из-под контроля
  • больше интересуется, как справиться с эмоцией, чем смыслом самой эмоции
  • считает отрицательные эмоции вредными
  • считает, что концентрация на отрицательных эмоциях еще больше усугубляет ситуацию
  • не знает, что делать с эмоциями ребенка
  • видит в эмоциях ребенка требование все исправить
  • считает, что негативные эмоции свидетельствуют о плохой приспособленности ребенка
  • считает, что негативные эмоции ребенка плохо влияют на его родителей
  • минимизирует чувства ребенка, преуменьшая события, которые вызвали эмоцию
  • не решает с ребенком проблемы; считает, что со временем они сами разрешатся

Влияние стиля на детей: дети узнают, что их чувства неправильные, неуместные и безосновательные. Они могут решить, что у них есть какой-то врожденный недостаток, который не позволяет им правильно чувствовать. Им может быть трудно регулировать свои эмоции.

Вероятно, Роберт был удивлен, услышав, что мы назвали его отвергающим родителем. Ведь из интервью с нашим научным сотрудником очевидно, что он обожает свою дочь Хизер и проводит с ней много времени. Он говорит, что каждый раз, когда ей грустно, он делает все возможное, чтобы «ее побаловать». «Я ношу ее на руках и спрашиваю, чего она хочет. Хочешь посмотреть телевизор? Показать тебе кино? Хочешь, мы пойдем и поиграем на улице? Я просто нахожусь с ней рядом и пытаюсь все исправить».

Тем не менее он не делает одной важной вещи — не задает ей прямых вопросов о ее грусти. Он не спрашивает: «Как ты себя чувствуешь, Хизер? Тебе сегодня немного грустно?». Это потому, что, по его мнению, сосредоточиваться на неприятных ощущениях — все равно что поливать сорняки. От этого они вырастают больше и сильнее. А он, как и многие другие родители, хочет, чтобы в его жизни и жизни его драгоценной дочери было как можно меньше гнева и печали.

Захлопывание двери перед негативными чувствами — это модель поведения, которую многие отвергающие родители принесли из детства. Некоторые из них, такие как Джим, выросли в жестоких семьях. Джим вспоминает ссоры своих родителей тридцать лет назад и то, как родители разгоняли своих детей по отдельным комнатам, где каждый в одиночку справлялся со своими чувствами. Джиму, его братьям и сестрам никогда не разрешали говорить о проблемах родителей или о том, как они себя чувствуют, потому что это означало вызвать еще больший гнев отца.

И теперь, когда Джим женат и имеет собственных детей, при любом намеке на конфликт или эмоциональную боль он моментально начинает уклоняться и скрываться. Вплоть до того, что не может обсудить со своим шестилетним сыном его проблему со школьным хулиганом. Джим хочет быть ближе к сыну, выслушивать его неприятности и помогать вырабатывать решение, но он не умеет говорить так, чтобы обозначить суть дела. Поэтому он редко начинает разговоры на подобные темы, а его сын, чувствуя, что отец испытывает дискомфорт, тоже предпочитает не обсуждать с ним такие вопросы.

Взрослые, родители которых уделяли им мало внимания, могут испытывать трудности при обсуждении эмоций своих детей. Став родителями, они чувствуют слишком большую личную ответственность и пытаются избавить своих детей от любой боли и исправить любую несправедливость. Например, одна из участниц нашего исследования сходила с ума из-за того, что не могла успокоить своего сына-дошкольника, сломавшего любимый игрушечный трактор. Она просто не знала другого способа избавить ребенка от печали, кроме как все исправить и вернуть мир в идеальное состояние. В его горе она слышала требование сделать мир лучше и не различала потребности в поддержке и понимании.

Со временем такие родители могут начать воспринимать любое выражение печали или гнева своих детей как невыполнимое требование, испытывать разочарование или считать, что ими манипулируют. Как результат они начинают игнорировать или преуменьшать неприятности своих детей, пытаясь ужать проблему до нужного им размера, закупорить и спрятать так, чтобы о ней можно было забыть.

«Если Джереми приходит и жалуется, что один из друзей забрал его игрушку, я просто говорю: „Не волнуйся, он принесет ее обратно“, — объясняет Том, отец Джереми, — а если он говорит: „Этот парень ударил меня“, я отвечаю: „Наверное, это было случайно“. Я хочу научить его противостоять ударам судьбы и продолжать свою жизнь».

Мама Джереми, Мэриан, говорит, что она занимает аналогичную позицию в отношении печали своего сына. «Я покупаю ему мороженое, чтобы подбодрить и заставить забыть о своих бедах», — говорит она. Мэриан высказывает убеждение, распространенное среди отвергающих родителей: дети не должны грустить, а если они грустят, то что-то неправильно с ребенком или с родителями. «Когда Джереми грустно, мне тоже грустно, потому что мне хочется думать, что мой ребенок счастлив и хорошо приспособлен, — говорит она. — Я просто не хочу видеть его расстроенным. Я хочу, чтобы он был счастлив».

Многие родители, которые принижают или обесценивают эмоции своих детей, оправдывают свое поведение, объясняя, что их дети — это «всего лишь дети». Отвергающие родители рационализируют свое равнодушие исходя из уверенности, что расстройство детей из-за сломанных игрушек или событий на детской площадке слишком «мало», особенно в сравнении со взрослыми поводами для беспокойства — такими как потеря работы, финансовая состоятельность семьи или национальный долг страны.

Это не значит, что все отвергающие родители бесчувственны. На самом деле многие из них глубоко чувствуют своих детей, а подобная реакция обусловлена естественным желанием их защитить. Они могут считать отрицательные эмоции в некотором смысле «токсичными» и не хотят подвергать своих детей их вредному воздействию. По их мнению, нельзя долго зацикливаться на эмоциях, поэтому, решая проблемы своих детей, они сосредоточиваются на том, чтобы «преодолеть» эмоцию, а не на самой эмоции.

Например, Сара обеспокоена реакцией своей четырехлетней дочери на смерть ее морской свинки. «Я боялась, что если я сяду и переживу все эмоции вместе с Бекки, то она еще больше расстроится», — объясняет она. Поэтому Сара решила проявить сдержанность и сказала дочери: «Все нормально. Такие вещи случаются. Твоя морская свинка состарилась. Мы заведем новую».

В то время как бесстрастный ответ Сары, возможно, уменьшил ее собственное беспокойство и ей не пришлось иметь дело с горем Бекки, это не помогло Бекки почувствовать, что ее понимают и утешают. На самом деле Бекки могла задуматься: «Если это не такое уж большое дело, то почему мне так плохо? Наверное, я просто большой младенец».

И наконец, некоторые отвергающие родители могут отрицать или игнорировать эмоции своих детей из страха, что эмоциональность неизбежно ведет к «потере контроля». Вы, вероятно, слышали, как такие родители используют метафоры, сравнивающие негативные эмоции своих детей с пожаром, взрывом или штормом. «Он легко вспыхивает», «Она часто взрывается», «Он бушует». Эти родители почти не помогают своим детям научиться управлять эмоциями. В результате, когда их дети вырастают, они боятся испытывать печаль, считая ее открытой дверью в бесконечную депрессию, а чувствуя гнев, думают о том, как не сорваться и не причинить кому-то боль.

Барбара, например, чувствует себя виноватой, когда позволяет своему природному темпераменту прорваться в присутствии мужа и детей. Она считает, что выражать гнев — «эгоистично» и опасно. Кроме того, гнев «ничему не помогает. Я начинаю громко кричать и. добиваюсь только того, что ко мне испытывают отвращение».

Считая свой гнев малоприятным явлением, Барбара делает все возможное, чтобы отвлечь внимание своей дочери Николь от негативных чувств. Она вспоминала случай, когда Николь разозлилась на брата и его друзей за то, что те не взяли ее играть. «Тогда я посадила ее на колени и предложила небольшую игру, — с гордостью говорит Барбара. —Я показала на малиновые колготки Николь и спросила: «Что случилось с нашими ножками? Они стали красными от возмущения!».

Барбара считает, что она успешно справилась с инцидентом: «Я сознательно делаю такие вещи, потому что поняла — это действительно хороший способ справиться с эмоциями». На самом деле Барбара упустила возможность поговорить с дочерью о ревности и изоляции. Этот инцидент был шансом посочувствовать Николь и помочь определить свои эмоции; Барбара могла бы даже рассказать ей, как урегулировать конфликт с братом. Вместо этого Николь получила сообщение, что ее гнев не очень важен; лучше его проглотить и посмотреть в другую сторону.

Источник:
4 стиля воспитания: какой ваш? Отвергающий родитель
Стиль воспитания детей: отвергающий родитель. Что такое эмоциональный интеллект. Как научиться говорить о чувствах.
http://www.7ya.ru/article/4-stilya-vospitaniya-kakoj-vash-Otvergayuwij-roditel-2017/

Неприятие ребенка в семье как психологический феномен

Неприятие ребенка в семье как психологический феномен

Понять и принять — это два правила счастливой семьи: насколько люди способны принимать друг друга, настолько глубоким будет их взаимопонимание. Вот только в жизни все бывает не так просто, и порой даже дети бывают отвергнуты своей семьей. Иногда родители не принимают ребенка таким, какой он есть, обрекая его тем самым на несчастливое будущее. Что же такое «неприятие ребенка в семье», какие последствия оно имеет для взрослеющего человека, читайте в нашей статье.

В психологии термины «неприятие» и «непринятие» используются как тождественные. Их суть в том, что человек как цельная личность не принимается другими. Более того, он вызывает неприятие. Как правило, когда ситуация касается чужих людей, она и вовсе не представляется такой уж драматичной. Нам не нравится кто-то, мы не нравимся кому-то — обычно это взаимно и тоже достаточно просто для восприятия.

В супружеских отношениях непринятие, как правило, приводит к разводу или несчастной супружеской жизни. В первое время один из супругов пытается «подстроить» другого под себя, не принимая его особенностей. Но такое положение дел редко может увенчаться успехом. И остается либо терпеть, не принимая, либо расставаться.

Гораздо сложнее разобраться в непринятии собственного ребенка. Маленький человек появляется на свет наделенным определенным набором генетически обусловленных особенностей. Нет его вины в том, что он родился с определенным цветом глаз и волос, способностями к определенным видам деятельности или их отсутствием. Ему неведомо, что родители еще до рождения возлагали на него определенные надежды, которые он не оправдал. Он родился, а значит, уже достоин любви своих родителей.

Проблемы неприятия появляются постепенно. Первичное неприятие возникает еще до рождения ребенка и выражается в отвержении факта беременности. Весть о будущем ребенке не радует женщину, она надеется на ошибку, проводит дополнительное обследование. Когда факт подтверждается, возникает мысль об избавлении от ребенка.

Причинами первичного непринятия беременности могут быть:

  • страх перед будущим (особенно, если женщина не замужем);
  • страх испортить свою внешность (набрать лишний вес и т. п.);
  • страх перед потерей карьеры;
  • нежелание менять привычный уклад жизни.

И если женщина все-таки решает родить, то ребенка можно назвать нежеланным. Однако наблюдаются случаи, когда материнский инстинкт еще до рождения разрушает негативную установку. Но чаще первичное непринятие ведет за собой тяжелую послеродовую депрессию и неприятие ребенка в будущем.

Вторичное неприятие может возникнуть, если ребенок не соответствует ожиданиям родителей. В своих грезах мама представляла здоровую голубоглазую стройную девчушку, которая будет заниматься фигурным катанием. Но рождается мальчик, не похожий на родителей, с близорукостью и склонностью к избыточному весу. Иногда для вторичного непринятия достаточно внешнего сходства с кем-то из нелюбимых родственников (сварливой свекровью, мужем, который бросил женщину). Происходит так называемая психологическая проекция на ребенка отношения к этому родственнику.

Границы неприятия недостаточно четкие, однако можно определить некоторые виды неприятия.

Безусловное непринятие ребенка. Обычно оно возникает у людей с несформированным родительским инстинктом. Ребенок может быть помехой для достижения целей или для получения удовольствия от жизни. Нередко такие родители «пристраивают» малыша к бабушкам, рано отдают в детский сад (ясли), направляют в школы с полным пансионом или круглосуточным содержанием. После родов мать не кормит ребенка грудью не в силу физиологических причин, а из-за нежелания. Детские капризы могут вызвать приступы агрессии по причине отсутствия жалости и любви к малышу.

Часто родители хорошо понимают, что ведут себя неправильно, но не могут изменить свое отношение к ребенку.

Условное принятие. Может возникнуть из-за того, что ребенок был нежеланным, или, возможно, с появлением малыша связаны негативные или даже трагические события в семье (например, смерть или болезнь мамы, уход из семьи папы, потеря жилья или работы), или ввиду других причин. Окружающие, а особенно мать, на подсознательном уровне связывают с ребенком жизненные проблемы и проецируют на него свое отношение к жизни. Родители отказываются принимать и любить ребенка, как отказываются принимать свою несчастливую жизнь. При этом они удовлетворяют потребности ребенка, играя роль мамы или папы, так как это поощряется социумом. Нередко такие родители укоряют себя в том, что не могут полюбить ребенка. Страдают от своего неприятия, обращаются к психологам и нуждаются в помощи и поддержке не меньше, чем сами дети.

Эмоциональное отвержение. В этом случае родители выполняют родительские функции в полном объеме: ухаживают, проявляют заботу, переживают во время болезни, интересуются жизнью своих детей. Эмоциональное отвержение может проявляться лишь в некоторых формах:

Постоянные нравоучения. Родителям кажется, что дети ведут себя не так, как надо. По этой причине они постоянно воспитывают детей, наказывают за малейшие провинности, оставаясь в эти моменты, как правило, хладнокровными. В таких семьях могут быть обычным делом моральные унижения.

«Ледяное» молчание. Проступки ребенка наказываются «ледяным» молчанием. А так как у «непринятого ребенка» родители замечают очень много проступков, в семье прочно устанавливаются холодные отношения.

Полная бесконтрольность. Дети часто предоставлены сами себе. В семье не установлены рамки поведения, родители не интересуются душевным состоянием ребенка. Нередко это возникает после развода, когда родители заняты устройством своей личной жизни. Иногда бесконтрольность объясняется высоким уровнем занятости современных родителей, но ведь душевный контакт не требует большого количества времени, не правда ли?

Подмена духовной близости материальными ценностями. Родители оправдывают себя недостатком времени и необходимостью работать на благо общего семейного счастья. Но ведь ни за какие деньги нельзя купить нежность и любовь близких. А время, которое могло бы быть им посвящено, бесследно утекает.

Пока ребенок маленький, поведение родителей не кажется опасным. Непринятие имеет отдаленные последствия.

Проблемы со здоровьем. Дети в такой семье постоянно чего-то боятся, они напряжены, что выливается в проблемы нервной системы. Ребенок часто болеет, становится нервным и беспокойным.

Проблемы развития познавательной деятельности. Детям легче быть незаметными, чем вызывать негативную реакцию у родителей. Поэтому они перестают быть любознательными, что впоследствии скажется на успешности в обучении.

Проблемы с эмоциональной сферой. Дети, выращенные в эмоционально холодной семье, как правило, холодны сами, не умеют проявлять чувства, выражать эмоции.

Проблемы с самооценкой. Непринятые дети могут иметь как низкую, так и завышенную самооценку. Такие дети могут быть высокомерными или очень застенчивыми, не принимающими себя. В будущем это вызовет страх перед трудностями, пассивность и неуверенность в себе.

Вероятность девиантного (антиобщественного) поведения. Дети могут начать действовать наперекор родителям, вызывая у них еще больше негатива. Таких детей называют «трудными».

Склонность к уходу от ситуации. Это может проявляться в употреблении алкоголя, тяге к наркотикам и даже в мыслях о самоубийстве.

Если ребенок не принят родителями, то он не принимает себя. А значит обречен на неуспешность и несчастье.

Посмотрите на своего ребенка. Может быть, вы иногда о чем-то жалеете? Вы не ждете от детей побед или узнаете в ребенке кого-то из родственников? Вы наказываете ребенка молчанием или постоянно читаете ему нотации? Вы заботитесь о малыше, но стараетесь ограничивать ваше личное общение с ребенком?

Если такие ситуации возникают иногда, то это нормально. Люди склонны притираться друг к другу, даже если это родители и дети. Можно ссориться, мириться, радоваться и огорчаться. Но если такие ситуации в вашей семье повторяются регулярно, если вас напрягает общение с собственными детьми, вас раздражает все в ребенке, вам просто неинтересно с сыном или дочкой, тогда нужно задуматься о любви к своим детям. Проанализировав причины неприятия, теперь попробуем найти выход из сложившейся ситуации.

Итак, вы поняли, что не принимаете ребенка таким, какой он есть, не испытываете к нему любви, о которой читали в книгах, но при этом очень хотите подарить ему счастливое детство.

Самое главное — ни в чем себя не вините и примите свое состояние. Укоряя себя, вы потратите слишком много душевных сил, которые пригодились бы вам для того, чтобы научиться чувствовать своего ребенка и привязываться к нему. Родительский инстинкт, действительно, может проявиться не сразу, родительство — это жизненный навык, который, как и другие навыки, развивается постепенно.

Если вы молодая мама и у вас нет проблем со здоровьем, то все-таки старайтесь кормить ребенка грудью. Это полезно не только с медицинской точки зрения, но и потому, что именно во время кормления между матерю и малышом укрепляется эмоциональная связь, которая сохранится на всю жизнь.

Старайтесь отдыхать. Уделяйте хотя бы пару часов в день простым радостям: встретьтесь с друзьями или сходите на маникюр — вы должны находить на это время, чтобы не впадать в депрессию, ведь моральная и физическая усталость лишь усугубит ваше неприятие ребенка.

Избегайте стрессов. Если это необходимо, попросите врача назначить вам легкое успокоительное. Когда нервы на пределе, все вокруг раздражает с удвоенной силой, в том числе и ребенок. Накаленная атмосфера, взвинченные нервы не будут способствовать вашему сближению с малышом.

Не стесняйтесь обращаться за помощью к психологам. Поверьте, что прийти к специалисту и признаться ему в том, что вы не можете принять своего ребенка — это обычная ситуация, и вы будете не первым его клиентом, столкнувшимся с подобной проблемой. Если возможности пойти к психологу нет, то пытайтесь найти поддержку среди самых близких людей: родителей, друзей, супруга/супруги. Не играйте роли счастливой матери или счастливого отца напоказ, выпускайте эмоции, выговаривайтесь — это поможет вам лучше разобраться в себе и отыскать ту искорку, из которой потом разгорится родительская любовь.

И еще один совет — ждите. Не выдавливайте из себя любовь насильно, а просто ждите… Пройдет время, и она обязательно появится — так устроена природа. Ну а пока ждете, старайтесь держать себя в руках и не показывать малышу свое неприятие: следите за словами и не упрекайте его без повода, дарите ему улыбку, ласку, нежность, оберегайте и выслушивайте. Обнимайте вашего ребенка как можно чаще, даже если вам это неприятно. Видя его улыбку и благодарность, получая от него нежность в ответ, скорее всего, вы тоже начнете привязываться к малышу.

Еще не поздно остановиться, повернуться лицом к ребенку и понять, что это ваша плоть и кровь. Любите своих детей такими, какие они есть, и тогда они будут счастливы.

Источник:
Неприятие ребенка в семье как психологический феномен
Что такое «неприятие» ребенка в семье и какие последствия оно имеет для взрослеющего человека, читайте в нашей статье.
http://www.ya-roditel.ru/parents/base/lecture/nepriyatie-rebenka-v-seme-kak-psikhologicheskiy-fenomen/

Отвергающие родители: психологические травмы вместо любви

Отвергающие родители: психологические травмы вместо любви

Хорошо, когда в семье родители безоговорочно любят и принимают своих детей. Но бывает и другая картина, когда к ребенку по различным причинам не готовы. Например, мама получила «сюрприз» слишком рано, от нелюбимого человека или по глупости, пытаясь удержать мужчину. Такие случаи не редки в психологической практике. И хотя их не принято придавать огласке, это не значит, что проблемы нет.

Все просто – дети в такой семье нежеланные, а поэтому растут без поддержки и любви. Их отвергают уже с младенческого возраста, воспринимая как наказание за глупость или юношеские прегрешения. А дальше получается, что папа или мама не строят отношений с дитем, но просто на него реагируют. Не дарят ему свое тепло и нежность, но постоянно поучают, придираются, муштруют, отчитывают. Ребенок в такой семье не чувствует себя ценным и нужным, его личность подавляется постоянным эмоциональным насилием со стороны родителей, их неадекватными требованиями.

Родители будто бы ищут повод, чтобы выплеснуть на свое чадо излишки агрессии, выставить его крайним, объяснить его появлением все жизненные неудачи. Это ребенок виноват, что жизнь не удалась, а любимый мужчина ушел к другой. Это его вина, что мама не состоялась в профессии и годами сидела дома, потакая своей трусости. Он плохой, неудобный, слишком умный, активный или плаксивый, совсем не такой, как она хотела. Именно поэтому ему дают обидные прозвища, его наказывают ремнем или холодностью. В каком-то смысле его не просто не любят, но еще и причиняют ему вред, используя методы психологического или физического насилия. И дело тут не в ребенке, но в родителях, которые недовольны самим существованием отпрыска.

Маленький человек переносит на себя разрушительное отношение своих родителей, начиная относиться к себе точно так же. Он вырастает с установкой неудачника, привыкает быть громоотводом для окружающих, живой грушей для битья. Для него становится нормой постоянная критика и эгоизм окружающих, посягательство людей на его свободу и достоинство. Более того – он считает, что заслуживает подобного отношения, стараясь угодить всем.

Нужно ли говорить, как такая установка искажает его картину мира и самооценку? Взрослея, человек не может избавиться от странного чувства вины за свое появление, он ощущает себя «гадким утенком», не достойным любви и хорошей жизни. Это провоцирует развитие множества комплексов и психологических проблем – от переедания и хронических болезней до проблем в карьере и личной жизни. Скорее всего, он будет искать принятия у людей, которые по определению дать этого не смогут, что приведет его к еще большему разочарованию, обесцениванию своей личности и достижений. Картинка вырисовывается невеселая.

Если перед вами человек адекватный и вменяемый, правильная психологическая работа поможет многое скорректировать. В эту категорию попадают мамы, которые просто устали от жизни, которых тоже в детстве много критиковали и не принимали. Они способны на поддержку, ведь их придирки идут от любви и желания уберечь ребенка, вырастить его сильным и независимым. Правда, менять придется многое – методы воспитания, стиль общения, ожидания.

Другой вопрос – если перед вами полностью невменяемый родитель, который отвергает ребенка потому, что по-другому не может. Как с ним ни говори, он всегда прав. В его методах нельзя сомневаться, иначе нарветесь на крик, истерику, рукопашный бой или полный отказ от общения. Это прирожденные манипуляторы, садисты, а то и вообще невменяемые личности с проблемами в области психиатрии. В конце концов, «психи» тоже бывают разными – не только пациенты с шизофренией и галлюцинациями. Кстати, с такими разговор всегда короткий: они так отчаянно цепляются за свои иллюзии, что не готовы идти на компромиссы – либо вы их слушаете, либо вас объявляют врагом.

Пример: «Почему вы бьете своего ребенка? – Я никого не бью. – Вот, посмотрите на его синяки. – Ах так! Получит от меня этот мелкий предатель под первое число…» «Вы когда-нибудь говорили своему сыну, что любите его? – Нежности мальчику ни к чему. – Но дети нуждаются в принятии, неужели вам никогда не хотелось просто его обнять? – Все понятно, доктор, вы явно с ним сговорились, хотите выставить меня плохой матерью?!»

Перестать витать в облаках и спуститься на землю, они всего лишь люди, которые могут ошибаться. Не нужно выслуживаться перед ними, менять себя, оправдываться, лезть из кожи, пытаясь добиться их расположения. Очевидно же, что эти люди на любовь не способны! По крайней мере, не сейчас. Пришло время повзрослеть и признаться себе, что реальность не всегда соответствует нашим ожиданиям, нужно просто отпустить ситуацию и временно прекратить разрушительное общение.

Мама и папа – не панацея от всех бед. Живите собственной жизнью, ищите себя, реализовывайте свои мечты, не ожидая их одобрения. Ваша задача — учиться слушать свои желания, жить согласно своим целям без оглядки на семью. А когда время придет, родители все поймут и изменятся… или не изменятся. Но это уже будет на их совести. Вы имеете право быть другим, быть счастливым.

Источник:
Отвергающие родители: психологические травмы вместо любви
Хорошо, когда в семье родители безоговорочно любят и принимают своих детей. Но бывает и другая картина, когда к ребенку по различным причинам не готовы.
http://flytothesky.ru/otvergayushhie-roditeli-psixologicheskie-travmy-vmesto-lyubvi/

РАБОТА ДЛЯ ТРОИХ

Коррекционная работа с детско-родительской парой в процессе психологического консультирования

Окончание. См. № 36, 2002 г.

Отношение родителей характеризуется игнорированием потребностей ребенка, нередко жестоким обращением с ним (по АСВ: Г–У–Т+3+С+). Скрываемое эмоциональное отвержение проявляется в глобальном недовольстве ребенком, постоянном ощущении родителей, что он «какой-то не такой»: «Он недостаточно мужественный для своего возраста»; «Она непоседлива, ни на чем не может сосредоточиться» и т.п. Иногда эмоциональное отвержение маскируется преувеличенной заботой и вниманием, но выдает себя раздражением, недостатком искренности в общении, бессознательным стремлением избежать тесных контактов, а при случае освободиться от «обузы» (по АСВ: Г+У–Т+3+С+).

У ребенка в этой ситуации фрустрирована потребность в любви, что приводит в дальнейшем к неумению устанавливать теплые и доверительные отношения с окружающими. Дети по-разному могут реагировать на такой тип родительского отношения: одни протестуют и устойчиво нарушают поведение; другие замыкаются в себе и уходят в мир фантазий; третьи проводят много времени вне семьи, избегая контакта с родителем.

Наблюдая за такой детско-родительской парой, можно увидеть, что родитель часто раздражается, когда ребенок обращается к нему («Отстань!», «Делай как знаешь!», «Сколько можно меня дергать?!» и т.п.). Создается впечатление, что ребенок раздражает родителя уже одним своим присутствием. Зачастую родитель избегает телесного контакта с ребенком. В совместной работе мама часто отрицательно оценивает то, что делает ребенок, может вообще от такой работы отказаться.

Жалобы родителя опять-таки связаны с тем, что ребенок «какой-то не такой»: недостаточно добрый, умный, заботливый, послушный и т.п. Как правило, это бывает не какая-то конкретная проблемная ситуация, а глобальное недовольство ребенком. Также достаточно распространены обращения по поводу нарушений поведения у ребенка: дерется, грубит, убегает из дома, ворует деньги, проявляет жестокость к животным и т.п.

Основная проблема в этой паре связана с тем, что мама не видит реального ребенка и/или не принимает его. Негативные чувства являются, как правило, смещением и бывают адресованы другой фигуре (отцу, матери, свекрови и т.д.). А ребенок иногда является удобным полем для проекций матери, так как недостаточно проявляет себя как личность, как бы скрыт от матери. А иногда он провоцирует негативные чувства родителя, привлекая к себе хоть какое-нибудь внимание.

Из проблемы вытекают и основные задачи работы с этой парой:

помочь ребенку раскрыться во взаимодействии с матерью: обнаружить свои мысли, чувства, желания, потребности;

развернуть маму лицом к реальному ребенку, познакомить с его истинными потребностями и желаниями; помочь увидеть реального ребенка не только в негативных, но и в позитивных проявлениях;

помочь маме научиться осознавать и выражать свои чувства по отношению к ребенку;

способствовать принятию родителем своего ребенка.

При работе с нарушением отношений по типу эмоционального отвержения психологу необходимо создать безопасную обстановку для раскрытия личности ребенка.

С этой целью, во-первых, вводится запрет на какие-либо отрицательные оценки действий (а тем более личности) ребенка. Можно выражать негативные чувства с помощью «Я-высказываний». Таким образом, вместо маминых обычных «Ты мне надоел!» и «Ты уже большой!» появляются высказывания «Я раздражена» и «Я устала».

Во-вторых, психолог должен всячески поддерживать ребенка на пути самораскрытия. Многие проблемы в этой паре проистекают от недостаточной искренности в общении. Поэтому такие вопросы к ребенку, как «Что ты сейчас хочешь?» и «Что ты чувствуешь?», должны задаваться как можно чаще.

Кроме того, в начале работы этой паре можно давать отдельные самостоятельные творческие задания (нарисовать или придумать что-то), для того чтобы у ребенка было больше возможностей выразить себя. Необходимо обсуждать получившиеся продукты, особенно продукт ребенка.

В-третьих, важно поддерживать любые проявления позитивных чувств родителя к ребенку. Часто эти чувства либо не замечаются родителем, либо не акцентируются и в любом случае практически никогда не выражаются. Поэтому психолог, внимательно наблюдая за невербальным поведением родителя, отмечает малейшие признаки положительных реакций и задает ему вопрос: «Что вы сейчас чувствуете?» Если родитель не может высказать свои позитивные чувства ребенку, то психолог должен помочь в этом родителю.

На дальнейших этапах работы паре можно давать различные задания на совместную деятельность, способствующие налаживанию конструктивных способов взаимодействия. Но это можно делать только после того, как общение консультируемых станет достаточно доверительным и открытым.

Имеет смысл до начала совместной коррекции или в процессе ее провести работу отдельно с мамой на предмет осознания того, кому адресованы ее негативные чувства. При этом, если вы отдельно работаете с мамой, то важно отдельно поработать и с ребенком, причем не меньшее количество встреч. В данной паре это особенно важно. Если вы будете встречаться только с мамой, то этим подтвердите привычный уже для ребенка опыт отвержения: «Выбирают кого угодно, только не меня». У отвергаемых детей существует убеждение, что они неинтересны и никчемны, поэтому их и отвергают.

Отношение родителей при таком типе воспитания характеризуется повышенными требованиями к ребенку, которые не соответствуют его возрасту и реальным возможностям (по АСВ: П–У–Т+3+–С+–). Родители считают, что ребенок, например, должен быть бескомпромиссно честен, порядочен, возлагают на него ответственность за жизнь и благополучие близких, настойчиво ждут больших успехов в жизни. Все это сочетается с игнорированием реальных потребностей ребенка, его интересов, недостаточным вниманием к его психофизическим особенностям.

Типична, например, ситуация, происходившая в одной семье после развода родителей. Мама просила свою 12-летнюю дочь принять решение о том, выходить ли ей замуж за нового возлюбленного или нет. «Как скажешь, так и будет!» — говорила она.

Дети по-разному реагируют на такой стиль отношения. Проблемы в паре становятся очевидными, если:

ребенок не выдерживает бремени ответственности, что приводит к появлению у него различных затяжных невротических реакций и иногда к полному отказу брать на себя какую бы то ни было ответственность за свое поведение;

ребенок становится агрессивным по отношению к объекту опеки (к матери или младшему ребенку) или к окружающим, часто испытывает возмущение или ненависть.

При таком типе воспитания родители обращаются с жалобами на то, что ребенок не выполняет возложенных на него обязанностей, не сдерживает обещания и т.п. Распространенными являются, например, обращения такого рода: «Раньше все было хорошо: помогал во всем. Что ни попросишь — все сделает, а сейчас ничего не хочет делать, обижается, плачет (или злится, грубит), стало невозможно с ним общаться». При этом рассказ родителя сопровождается такими чувствами, как обида, досада.

Таким образом, основная проблема в этой паре состоит в том, что на ребенке лежит больше ответственности, чем он способен вынести в связи с его возрастом и индивидуальными особенностями.

осознание родителем и ребенком того, как разделена ответственность в паре;

Начать можно с проведения работы по осознанию мамой и ребенком того, кто и за что отвечает в их паре. Для этого можно попросить каждого составить перечень дел, за которые несет ответственность мама, и перечень дел, за которые несет ответственность ребенок. Эти перечни удобно оформлять в виде таблиц.

Приведем пример списка, составленного на одной из коррекционных встреч с ребенком (мальчиком 10 лет):

1) за кормление брата;

2) за то, что отвожу брата в детский сад;

3) за выполнение уроков;

4) за покупку хлеба и молока;

5) за подметание пола;

6) за то, что забираю брата из детского сада.

1) за приготовление завтрака;

2) за зарабатывание денег;

3) за приготовление ужина.

После того как списки составлены, проводится их согласование. Бывает так, что перечни непохожи друг на друга, и тогда стоит прояснить ситуацию и постараться прийти к общему взгляду на распределение ответственности.

После проведения согласования имеет смысл обратиться к эмоциональным состояниям, которые эти перечни вызывают:

Что вы чувствуете, когда читаете перечень, составленный ребенком?

Что ты чувствуешь, когда читаешь перечень дел, за которые ты несешь ответственность?

Работа с эмоциями участников позволяет выйти на те феномены, которые находятся за формальным распределением ответственности или непосредственно с этим распределением связаны. И тогда мама впервые может заметить, что ребенок устал и обижен, возмущен или чувствует безысходность, старается из последних сил соответствовать, но у него не получается и т.п. А ребенок может увидеть за требовательной и строгой матерью человека со своими опасениями и трудностями, со своей виной или безысходностью. Вот на этой почве и может родиться контакт между матерью и ребенком, может возникнуть взаимопонимание.

Когда контакт установлен, можно переходить к этапу перераспределения ответственности. Иногда бывает полезно предварительно обсудить с матерью возрастные особенности ребенка и ту меру ответственности, которую можно на него возложить.

Данные методики накоплены в ходе практической работы и модифицированы под специфические задачи коррекционной работы с детско-родительской парой.

При использовании данной методики родитель и ребенок последовательно делают два совместных рисунка.

1. Родитель и ребенок сидят рядом. Перед ними лежит чистый лист белой бумаги, ориентированный горизонтально, и пачка цветных карандашей (или фломастеров).

Я попрошу вас нарисовать картинку. Рисовать нужно молча, не разговаривая друг с другом. Каждый из вас будет рисовать только одним карандашом или фломастером, который выберет сейчас.

Дальше психолог предлагает родителю и ребенку выбрать по одному карандашу. После этого еще раз напоминает о том, что рисовать нужно молча, и предлагает начать работу.

Психологу следует обратить внимание на следующие моменты:

кто какой карандаш выбрал;

кто первым взял карандаш;

был ли выбор, сделанный каждым из участников, полностью самостоятельным;

кто первым начал рисунок;

кто первым закончил рисунок;

как и кем было принято решение об общем окончании работы;

были ли паузы при выполнении задания у родителя или ребенка;

как распределялось пространство листа между рисующими;

было ли невербальное взаимодействие между родителем и ребенком.

После того как задание выполнено и оба участника закончили рисовать, психолог просит рассказать о том, что изображено на рисунке, не обращаясь ни к кому конкретно: «Расскажите, пожалуйста, что нарисовано на вашем рисунке?»

При этом важно проследить за тем, кто больше говорит, как начинается рассказ: по инициативе самого рассказчика или партнер его просит, заставляет, подталкивает. Важно отмечать моменты диалога в процессе рассказа, моменты согласия (несогласия), а также вносятся ли дополнения в рассказ, кем и какого рода.

2. Родитель и ребенок сидят друг против друга, между ними чистый лист белой бумаги (ориентирован вертикально). Далее процедура повторяется, как в первом варианте.

По окончании рисования психолог спрашивает каждого о том, какой из рисунков им понравилось выполнять больше.

Если консультируемые сидят рядом, то актуализируется опыт сотрудничества. Если напротив, то опыт конфронтации, противостояния.

В коррекционной работе можно использовать либо первый, либо второй вариант работы, в зависимости от того, на каком взаимодействии психологу хотелось бы сделать акцент.

При симбиозе подойдет второй вариант, так как партнерам необходимо приобретать опыт противостояния.

При доминирующей и потворствующей гиперпротекциях важно развитие как навыков сотрудничества, так и навыков конструктивного противостояния, поэтому имеет смысл использовать как первый, так и второй вариант.

При повышенной моральной ответственности и эмоциональном отвержении важно сделать акцент прежде всего на конструктивном взаимодействии.

В ходе выполнения рисунка психолог может задавать любые вопросы, давать комментарии или дополнительные инструкции.

Договоритесь, что вы будете делать вместе в ближайшее воскресенье. Запишите эти дела на листе бумаги. Когда будете обсуждать ваши совместные дела, постарайтесь учитывать мнения и интересы друг друга.

Психологу надо обратить внимание на то, кто проявляет большую инициативу, насколько каждый выражает согласие или несогласие со своим партнером в ходе обсуждения, отметить невербальные проявления партнеров в ходе выполнения задания.

Иногда, когда работа закончена, бывает полезно попросить участников оценить в процентах степень своего желания (или своего согласия) выполнять перечисленные дела. При этом необходимо, чтобы оценка проводилась партнерами независимо друг от друга.

Эта методика хорошо работает практически при любом типе нарушения. Просто в каждом случае нужно поставить свой акцент: при доминирующей гиперпротекции — остановиться на желаниях и мнении ребенка, при потворствующей — на желаниях матери, при эмоциональном отвержении — на поиске тех дел, которые хочется делать вместе.

Родитель и ребенок сидят рядом. Перед ними чистый лист белой бумаги и один карандаш.

Нарисуйте вдвоем картинку, на которой обязательно должны быть дом и дерево. Какими они будут и что вы еще нарисуете на своей картинке, решайте сами. Рисовать надо вдвоем, вместе держась за один карандаш. Придумайте для рисунка название и напишите его также одним карандашом.

Психологу важно фиксировать вербальные реакции партнеров в ходе выполнения задания, а также следить за тем, чтобы партнеры все время держали карандаш вдвоем, и отмечать те моменты, когда кто-то из партнеров выпускает карандаш из руки.

Здесь возможны различные акценты в зависимости от типа нарушения отношений в паре.

Например, при доминирующей гиперпротекции ребенка просят: во-первых, задумать, как он будет рисовать дом и дерево, будет ли еще что-нибудь на рисунке; во-вторых, быть ведущим в этом рисунке. При этом мама, оказываясь в роли ведомой, должна следовать за ребенком, держась за карандаш.

После выполнения задания важно провести обсуждение, расспросив родителя и ребенка о том, легко ли было рисовать одним карандашом, понравилось или нет выполнять такое задание и почему, как они себя чувствовали в процессе рисования.

Для выполнения этого задания понадобятся кубики из строительного набора (10–15 штук).

Один из партнеров здесь назначается командиром, другой — подчиненным.

Вам надо построить что-то из кубиков (дом, башню и т.п. — что-то одно). Один из вас — командир, именно он должен придумать, что вы будете строить и как это будет выглядеть. Командир будет отдавать приказы подчиненному. Командир должен руководить строительством и говорить подчиненному, какой кубик взять и куда поставить. Командир сам кубики в руки брать не может, он должен только приказывать (жестикулировать при этом тоже нельзя). Подчиненный должен выполнять эти приказы. Вам необходимо как можно быстрее построить то, что задумал командир, из всех кубиков, которые у вас есть.

После выполнения задания можно предложить партнерам поменяться ролями.

Если в роли командира ребенок, которому трудно не жестикулировать, можно попросить его спрятать руки за спину.

В диагностическом варианте использования этой методики психолог отмечает вербальные и невербальные проявления партнеров и характер их взаимодействия друг с другом.

В коррекционном варианте важно обсуждать те чувства, которые возникают у партнеров в ходе выполнения упражнения. Акценты опять же могут быть различными. Например, при потворствующей гиперпротекции следует сосредоточиться на анализе ситуации, когда родитель — командир, а ребенок — подчиненный.

Каждый участник прячет одну руку за спину. Перед партнерами находится веревочка или шнурок.

У каждого из вас сейчас может работать только одна рука. Вам вдвоем нужно завязать узелок на веревочке.

При диагностике отмечаются вербальные и невербальные проявления партнеров, а также кто берет на себя инициативу в выполнении задания.

При коррекции необходимо провести обсуждение чувств и мыслей родителя и ребенка в ходе выполнения задания.

Завершая знакомство практических психологов с возможностями коррекционной работы с детско-родительской парой, хочется еще раз подчеркнуть несколько важных моментов.

Во-первых, представленный подход целесообразно применять для работы с парой, которую составляют ребенок и один из родителей.

Во-вторых, надо осознавать, является ли коррекционная работа с детско-родительской парой основным содержанием консультирования или только его этапом.

В-третьих, прежде чем сделать вывод о типе нарушения во взаимоотношениях между ребенком и родителем, психолог должен собрать достаточное количество информации.

В-четвертых, психологу важно сформулировать задачи консультирования в каждом конкретном случае. Осознанные задачи — более надежный ориентир в работе, чем набор технических приемов. Желательно знать «как», но еще важнее понимать «зачем» и «для чего». Это особенно хочется подчеркнуть, так как в настоящее время для многих психологов характерно увлечение технической, инструментальной стороной работы в ущерб осознанию ее целей и задач.

В-пятых, хочется отметить, что приемы работы, предложенные в данной статье, — не некий алгоритм, а лишь ориентиры для творческой работы психолога. Начиная работу с парой, необходимо помнить, что каждая ситуация взаимоотношений и их нарушений по-своему уникальна.

Надеемся, что данная статья внесет свою лепту в профессиональную копилку практических психологов и послужит пищей для размышлений. Авторы будут признательны читателям за отклики по поводу этого материала, а также за идеи по поводу возможного сотрудничества.

Семья в психологической консультации: опыт и проблемы психологического консультирования /Под ред. А.А. Бодалева, В.В. Столина. М.: Педагогика, 1989.

Эйдемиллер Э.Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. СПб.: ЗАО «Издательство «Питер», 1999.

Неля ПИЛИПКО,
психолог-консультант, Учебный центр «Перспектива»,

Ирина ДИЯНКОВА,
психолог-консультант,
г. Москва

Источник:
РАБОТА ДЛЯ ТРОИХ
Коррекционная работа с детско-родительской парой в процессе психологического консультирования Окончание. См. № 36, 2002 г. Отношение родителей характеризуется игнорированием потребностей
http://psy.1september.ru/article.php?ID=200203903

Семья с эмоционально отвергаемым ребёнком

Семья с эмоционально отвергаемым ребёнком. диагностика,специфика семей, особенности оказания психологической помощи. типы депривации

. В современном обществе социальная ценность родительской любви чрезвычайно велика, а интимно-эмоциональная близость родителей с детьми в условиях малодетной семьи и планирования рождения детей представляет собой массовое явление. Все это привело к тому, что родительская любовь сегодня рассматривается обществом как «норма» психического здоровья человека, а поведение и личность родителя, имеющего несчастье не любить своего ребенка, — как патология, психическое отклонение, проявление аморальности и распущенности. Помощь родителям в воспитании детей / Общ. ред. и предисловие В.Я. Пилиповского. М.,2007. с. 182.

В континууме значений эмоционального отношения родителя к ребенку можно выделить несколько вариантов отношений, от безусловно положительного до открыто негативного полюса.

Безусловное эмоциональное принятие ребенка (любовь и привязанность «несмотря ни на что»). Безусловное принятие предполагает дифференциацию родителем личности ребенка и его поведения. Отрицательная оценка и осуждение родителем конкретных поступков и действий ребенка не влечет за собой отрицания его эмоциональной значимости и снижения самоценности его личности для родителя. Такой тип эмоционального отношения наиболее благоприятен для развития личности ребенка, поскольку обеспечивает полное удовлетворение потребностей ребенка в безопасности, любви, заботе и в аффилиации в отношениях с родителями.

* Условное эмоциональное принятие (любовь, обусловленная достижениями, достоинствами, поведением ребенка). В этом случае любовь родителя ребенок должен заслужить своими успехами, примерным поведением, выполнением требований. Любовь выступает как благо, награда, которая не дается сама собой, а требует труда и старания. Лишение родительской любви — достаточно часто используемый вид наказания в подобных случаях. Подобный тип родительского отношения провоцирует у ребенка возникновение тревоги и неуверенности.

*Амбивалентное эмоциональное отношение к ребенку (сочетание позитивных и негативных чувств, враждебности и любви).

*Индифферентное отношение (равнодушие, эмоциональная холодность, дистантность, низкая эмпатия). В основе такой позиции лежит несформированность материнской позиции, инфантильность и личностная

незрелость самого родителя.

* Скрытое эмоциональное отвержение (игнорирование, эмоциональнонегативное отношение к ребенку).

* Открытое эмоциональное отвержение ребенка.

А.С. Спиваковская, основываясь на трехмерной модели любви, предлагает оригинальную типологию любви родительской. Напомним, что тремя измерениями чувства любви в рамках данной модели выступают: симпатия/антипатия; уважение/презрение и близость — дальность. Причины нарушений родительской любви изучены еще недостаточно, однако некоторые из них можно назвать.

Эмоциональное отвержение — это неэффективное родительское отношение, которое проявляется в недостатке или отсутствии эмоционального контакта родителя и ребенка, нечувствительности родителя к потребностям ребенка. Оно может быть явным и неявным, скрытым. При явном отвержении родитель демонстрирует, что он не любит и не принимает своего ребенка, испытывает раздражение по его поводу. Скрытое отвержение принимает более сложные формы — оно может проявляться в глобальном недовольстве ребенком (он не такой умный, умелый, красивый), хотя формально родитель может и выполнять свои родительские обязанности. Иногда эмоциональное отвержение маскируется преувеличенным вниманием и заботой; но его выдает недостаток любви и внимания, стремление избегать тесных (телесных) контактов.

Отвержение может проявляется в следующих родительских директивах: «Глаза бы мои на тебя не глядели», «Сколько тревог и лишений ты мне принес, появившись на свет». Воспринимая такие директивы, ребенок бессознательно чувствует, что он помеха в жизни родителя, его вечный должник. По мнению Хорни, «исходная или базальная» тревога, возникающая у ребенка, страдающего от дефицита родительской любви, является источником невротизации личности.

Отвержение часто сочетается с жестким контролем, с навязыванием ребенку единственно «правильного» типа поведения. Родители требуют от ребенка «быть хорошим», «вести себя правильно», «быть послушным», однако не разъясняют сущности требуемого поведения. Наряду с жестким контролем, отвержение может сочетаться с недостатком контроля, равнодушием к жизни ребенка, полным попустительством.

Боясь «испортить» ребенка, родители не обращают внимания на его насущные потребности. Вот примеры детских рассказов по картинкам, изображающим взрослого и ребенка в различных ситуациях:

«. Мама пришла за мальчиком, а он играл в песочнице. Он заревел, так как не хотел уходить. Мама сказала: «Ничего тут страшного нет, не реви, завтра наиграешься. »

«. Мама стоит, а сын плачет. Мама говорит: «Не больно к врачу идти».- Сын: «Я боюсь».- Мать: «Все равно пойдешь».

«. Мальчика обидели во дворе, мама увела его, плачущего, а дома еще наказала. »

В этих примерах отчетливо видно, что мать игнорирует эмоциональные переживания ребенка.

Эмоциональное отвержение ребенка нередко сопровождается частыми наказаниями, в том числе и физическими. Причем матери, которые отвергают своих детей, склонны наказывать их за обращение к ним за помощью, а также за стремление к общению с ними. Следующий пример иллюстрирует это: «. Девочка хотела рисовать дома. Но дома она мешала маме, так как лезла к ней с вопросами. Мама выгнала ее на улицу гулять. ».

Родители, отвергающие детей и применяющие оскорбительный стиль взаимодействия с ними, верят в необходимость и нормальность физических наказаний. Интересно, что поступки, за которые родители критикуют своих собственных детей, они совершали в детстве сами, и это подвергалось критике их собственными родителями. Нередко непослушание или нежелательное поведение наказывается лишением родительской любви, демонстрацией ненужности ребенка: «Мама такого не любит, она себе найдет другого мальчика (девочку)». Следствием этого является формирование у ребенка чувства неуверенности, страха одиночества, покинутости.

Дефицит родительской отзывчивости на нужды ребенка способствует возникновению у него чувства «выученной беспомощности», что впоследствии нередко приводит к апатии и даже депрессии, к избеганию новых ситуаций, недостатку любознательности и инициативы. Неудовлетворенная потребность в принятии и любви играет важную роль в развитии агрессивности и делинквентного поведения у детей. Хотя отсутствие заботы о ребенке и отвержение его потребности в принятии и любви являются важными предварительными условиями для развития асоциальной агрессивности, не все дети, лишенные родительской заботы, становятся агрессивными. Например, реакцией на отсутствие материнской заботы и любви может быть замкнутость, сверхзависимость, излишняя готовность к подчинению и глубокая тревожность.

Очень важным является и то, в какой мере и в каком возрасте ребенок был лишен материнской любви и заботы. В случаях, когда ребенок не был лишен материнской заботы полностью и материнская любовь иногда все же проявлялась, ребенок может научиться ожиданию какой-то эмоциональной реакции от своих родителей. Если это эмоциональное вознаграждение было условием его подчинения родительским требованиям, то при таких условиях у ребенка скорее разовьется тревожное подчинение, чем агрессивность.

Отвергающее отношение к ребенку отмечается у одиноких матерей, в семьях, воспитывающих приемных детей, а также там, где ребенок родился «случайно», «невовремя», в период бытовых неурядиц или супружеских конфликтов. Крайняя форма отвержения проявляется в том, что родители реально отказываются от ребенка и помещают его в интернат, психиатрическую больницу, отдают на воспитание родственникам (часто бабушкам). Для отвергающих родителей нередко характерна инверсия детско-родительских ролей. Родители делегируют детям собственные обязанности, а сами ведут себя беспомощно, демонстрируя потребность в опеке и заботе.

В основе эмоционального отвержения ребенка может лежать осознаваемое, а чаще всего неосознаваемое отождествление ребенка с какими-то отрицательными моментами в собственной жизни родителей. Выделяют следующие личностные проблемы родителей, обусловливающие эмоциональное отвержение ребенка:

  1. Неразвитость родительских чувств, которая внешне проявляется в нежелании иметь дело с ребенком, в плохой переносимости его общества, поверхностном интересе к его делам. Причинами неразвитости родительских чувств могут быть отвержение самого родителя в детстве, когда он сам не испытал родительского тепла; личностные особенности родителя, например, выраженная шизоидность; отсутствие места для ребенка в жизненных планах родителей.
  2. Проекция на ребенка собственных отрицательных черт — борясь с ними у ребенка, родитель извлекает эмоциональную выгоду для себя.
  3. Стремление искоренить унаследованные ребенком черты нелюбимого супруга.
  4. Сдвиг в установках родителя по отношению к ребенку в зависимости от пола ребенка. Например, при желании иметь девочку может наблюдаться неосознаваемое отвержение сына.

Отвержение, неприятие вызывают у ребенка тревогу тем, что не удовлетворяется его потребность в любви, в ласке, в защите. Такой ребенок может добиваться похвалы, любви матери при помощи примерного поведения, успехов в деятельности. В этом случае возникают страх: «Если я буду плохо себя вести (плохо выполнять какую-либо деятельность), то меня не будут любить». Страх неудачи вызывает тревогу, которая при реальных неудачах закрепляется и становится чертой личности.

Те дети, которых игнорируют и чьи базовые потребности не удовлетворяют, растут неуверенными в себе, в своих способностях. Кроме того, оскорбление со стороны родителей они рассматривают как нормальное поведение. Неразвитость отношений привязанности между матерью и ребенком в дальнейшем преобразуется в стабильное отвержение ребенком собственного «Я», что в свою очередь ведет к глобальному отвержению мира социальных отношений.

Отвержение ребенка родителями приводит к формированию следующих внутренних позиций ребенка: «Я не любим, но я от всей души хочу приблизиться к вам» и «Я не нужен и не любим. Оставьте меня в покое».

Позиция «Я не нужен и не любим, оставьте меня в покое» приводит к желанию избавиться от внимания взрослого. Ребенок демонстрирует свою глупость, неуклюжесть, плохие привычки ради того, чтобы «отпугнуть» родителя от себя. Подобная ситуация ведет ребенка вниз по ступени социального развития.

Отвергаемый ребенок стремится привлечь внимание родителя любой ценой, даже с помощью ссор, разрыва отношений, оппозиционного поведения. Такое поведение Р. Сирс назвал «поиском негативного внимания». Образуется замкнутый круг: чем больше упрямства, негативизма со стороны ребенка, тем больше наказаний, ограничений со стороны родителя, что приводит к усилению оппозиционного поведения у ребенка. Ребенок укореняет свое незрелое, неадекватное отношение к семье, самоутверждается с помощью вызывающего поведения. Если ребенок все больше и больше убеждается в своей нелюбимости, он может прибегнуть к своеобразной детской мести.

В широком смысле понятие «депривация» (deprivation, или соотв. privation) обозначает потерю чего-либо, лишения из-за недостаточного удовлетворения какой-либо важной потребности. При этом речь идет не о физических лишениях, а о недостаточном удовлетворении именно психических потребностей.

И. Лангмейер и 3. Матейчек дают следующее определение психической депривации: «Психическая депривация является психическим состоянием, возникшем в результате таких жизненных ситуаций, где субъекту не предоставляется возможности для удовлетворения некоторых его основных (жизненных) психических потребностей в достаточной мере или в течение достаточно длительного времени».

Виды депривации обычно выделяют в зависимости от того, какая потребность не удовлетворяется.

И. Лангмейер и 3. Матейчек анализируют четыре вида психической депривации.

1. Стимулъная (сенсорная) депривация: пониженное количество сенсорных стимулов или их ограниченная изменчивость и модальность.

2. Депривация значений (когнитивная): слишком изменчивая, хаотичная структура внешнего мира без четкого упорядочения и смысла, которая не дает возможности понимать, предвосхищать и регулировать происходящее извне.

3. Депривация эмоционального отношения (эмоциональная): недостаточная возможность для установления интимного эмоционального отношения к какому-либо лицу или разрыв подобной эмоциональной связи, если таковая уже была создана.

4. Депривация идентичности (социальная): ограниченная возможность для усвоения автономной социальной роли.

Источник:
Семья с эмоционально отвергаемым ребёнком
Семья с эмоционально отвергаемым ребёнком. диагностика,специфика семей, особенности оказания психологической помощи. типы депривации . В современном обществе социальная ценность родительской
http://studopedia.ru/13_112310_semya-s-emotsionalno-otvergaemim-rebenkom-diagnostikaspetsifika-semey-osobennosti-okazaniya-psihologicheskoy-pomoshchi-tipi-deprivatsii.html

(Visited 1 times, 1 visits today)

COMMENTS

[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]